общая психология, клиническая психология, политическая психология, социальная психология, юридическая психология   ГлавнаяРекламаКарта сайтаКонтактыО проекте
новости психологии, вопросы психологии, ответы на билеты, методички, рефераты, образование, книги по психологии Хобби - историческая реконструкция (люди, жизнь, человек) люди, жизнь, история, человек, желание, пол, образ, культура, мечта, душа, руководитель, дети, работа, модели, спорт, проблемы, стрессы, цивилизация, ощущение, мысли
 
Классики психологии
Ананьев Борис Герасимович (психология, исследования, человек)Бернштейн Николай Александрович (физиология, человек, ученый)Бехтерев Владимир Михаилович (мозг, болезни, системы)
Блонскии Павел Петрович (психология, память, мышление)Божович Лидия Ильинична (личность, психология, проблемы)Вагнер Владимир Александрович (ребенок, развитие, игры)
Введенский Николай Евгеньевич (возбуждение, исследования, физиология)Выготский Лев Семенович (психология, развитие, работа)Гальперин Петр Яковлевич (действие, деятельность, психология)
психология, советы психолога, консультации, консультации психотерапевта, детский психолог, школьный психолог
Сбор статистики, помощь в организации исследований...
Картины, фотографии
Альберто Севесо (Alberto Seveso)Алессандро Бавари (Alessandro Bavari)Анке Мерсбах (Anke Merzbach)
Чема Мадоз (Chema Madoz)Дэвид ЛаШапель (David LaChapelle)Джорж Грие (Georg Grie)

Хобби - историческая реконструкция

Скажи мне, какое у тебя хобби, и я скажу, кто ты. Согласитесь, одно дело выводить новые сорта роз в своем садике и совсем другое - вести счет покорившимся горным вершинам. Скажи мне, какое у тебя хобби, и я скажу, нравишься ли ты мне. Ведь это разные вещи - коллекционировать, к примеру, дохлых жуков, бриллианты или крышки от унитазов. Скажи мне, какое у тебя хобби, и я скажу, на что ты способен. Потому что посвящать любимому занятию два часа в неделю - всегда приятно, а жить им порой опасно.

Историческая реконструкция является, пожалуй, одним из самых причудливых, серьезных и интересных хобби. Историческая реконструкция — воссоздание материальной и духовной культуры той или иной исторической эпохи и региона, которое проводится чаще всего по изобразительным и письменным источникам, а также по археологическим находкам. Как научный метод она известна давным-давно и с успехом применяется исследователями для доказательства или опровержения той или иной научной теории. Из всемирно известных примеров — хотя бы путешествия Тура Хейердала на плоту, построенном в соответствии с описаниями древних плотов инков. А вот в разряд «домашних» увлечений историческая реконструкция попала относительно недавно: на Западе примерно в середине 2-ой половины XX века, на территории бывшего СССР — в начале 90-х гг. И в самом его начале назвать это явление таким солидным словосочетанием было никак нельзя. По сути оно выросло из уже знакомых многим ролевых игр. Но если ролевое движение зачастую стремится в мир фантастический (мир хоббитов и ведьм, кентавров и пришельцев) и допускает и даже приветствует полет воображения при создании образа, то само слово «реконструировать» подразумевает стремление как можно ближе, точнее воссоздать костюм, утварь, оружие и т.д. — быт в целом — конкретной исторической эпохи. На сегодняшний день, впрочем, «ролевики» и реконструкторы друг друга недолюбливают: первые вторых за снобизм и отсутствие фантазии, вторые первых — за несерьезность и эльфийские плащи из маминой скатерти.

Как бы то ни было, а историческая реконструкция привлекает все больше людей. Реконструировать в общем-то можно все, что угодно, все, к чему лежит душа: от быта индейцев Северной Америки до культуры Китая времен династии Хань. Было бы желание, время, доступная информация и, конечно, средства. Последнее, столь неочевидное вначале условие, становится при серьезном увлечении весомым фактором: аутентичные материалы и ручная работа стоят дорого, а сшитое с помощью швейной машинки платье на 14 век это, извините, компромисс с собственной совестью. К тому же, заниматься серьезным делом в одиночку — тяжелое и зачастую неблагодарное занятие. Поэтому люди, обратившие свой взор в сторону реконструкции, чаще всего ищут подходящие клубы — там помогут и словом, и делом, да и осознание, что ты не одинок, дорогого стоит. Пожалуй, лучше всего на сегодняшний день в Европе проработаны следующие направления:

* Средневековье,

* Наполеоновские войны и

* Вторая Мировая война.

В Беларуси свои нюансы. Например, если взять Средневековье, то «специалистов» и клубов, занимающихся «раскопкой» 12-13 веков, хватает, 14 века — найдутся, если поискать, а вот уже 15-16 веков — практически нет. Кроме этого, занимаются в Минске и «наполеоникой», 1812 годом, и занимаются, надо сказать, на серьезном уровне. Существует несколько клубов, которые реконструируют воинские подразделения русской и наполеоновской армий, имеющие к нашей стране самое непосредственное отношение:

* 17 уланский полк Великого Княжества Литовского,

* Минский пехотный полк,

* Брестский,

* Могилевский пехотные полки и т.д.

Многие реконструкторы, объединенные одним направлением, хорошо знают друг друга, обмениваются информацией и опытом — для этого существуют не только личные встречи, но и специализированные форумы, отчасти для этого же проводятся и тематические фестивали. К сожалению, до полноценных исторических экспериментов нам пока еще далеко. А вот на Западе уже не в диковинку, когда, например, на специально отведенной территории создаются целые средневековые деревни, и люди живут там месяцами, а то и годами, отказываясь от всего современного и стараясь максимально погрузиться в жизнь 12-13-14 века. От одежды, которую они шьют сами, зависит, замерзнут ли они зимой, от орудий труда, изготовленных вручную, — будет ли богатым урожай и успешной охота. В конечном итоге результатом их усилий является жизнь.

Но к чему все эти сложности? Зачем вообще приходят в историческую реконструкцию? А вот это один из самых интересных вопросов, на который сложно ответить коротко и однозначно. Жгучий интерес к истории? Желание обладать редкими старинными вещами? Кто-то в детстве не наигрался? Все это, пожалуй, имеет место быть, однако вряд ли может являться причиной увлечения «на всю жизнь».

Чтобы внести некоторую ясность в сей вопрос, мы обратились к людям, которые непосредственно с этим связаны, — людям, «живущим» в разных временах и эпохах, но одинаково очарованных прошлым.

Павел Калинков, руководитель минского конно-исторического клуба «Золотая шпора».

—Паш, а как ты сам пришел в историческую реконструкцию? Жил-жил и вдруг заинтересовался ей? Почему люди вообще начинают заниматься таким необычным делом?

—Ключевое слово здесь — романтика. Помнишь, как у Высоцкого: «Жили книжные дети, не знавшие битв..» И этим детям хотелось чего-то такого, о чем они с горящими глазами читали в книгах и никогда не видели наяву. Ведь мы были не хуже тех героев с экранов или страниц книг. Хотелось кого-то спасать, с кем-то сражаться, куда-то нестись вскачь. Не перекладывать бумажки в скучном офисе, а ощущать в руках тяжесть клинка. С этого все и началось. А еще — с любви к лошади началось, с той романтики, которую она несет в своем образе.

Мне кажется, многие приходят в реконструкцию из-за романтики.

—Как давно занимаешься реконструкцией?

—Средневековьем — с 2001 года. Тогда мне был 21 год.

—А что ты считаешь отправной точкой? Пошив своего первого костюма, свой первый день в каком-то клубе?

—Отправной точкой считаю красивые глаза одной девушки, ради которых меня понесло на Мядельский фестиваль (смеется). А если серьезно, у нас с другом был дуэт, мы играли на гитарах что-то такое бардовское, и нас пригласили выступить на средневековом фестивале. С тех пор я в реконструкции и остался. На самом деле это жило во мне уже давно, а тут я увидел реальную возможность выразить свою страсть.

—Чем занимается клуб «Золотая шпора»? Сколько в нем участников?

—Замыслом клуба изначально являлась конно-историческая реконструкция. Основной темой — европейское средневековье 14-го века. Однако повседневное общение с лошадью заставило нас расширить круг своих интересов, ведь романтикой наполнены образы не только рыцарей, но и, например, американских ковбоев 19 века. Вообще, интересуемся самыми разными взаимодействиями человека и лошади. Кроме, пожалуй, конного спорта — мы смотрим на лошадь совсем по-другому. А вот ковбойский стиль вошел в нашу жизнь прочно. И тут дело не в «крутости» и не в стильности. А в том, что культура ковбоев очень утилитарна, ее принцип — практичность и удобство в седле, и для верховой езды вряд ли можно вообразить что-то более подходящее. Кожаные чапсы, широкополые шляпы, высокие сапоги, да что ни возьми, все призвано облегчать жизнь верхом. Средневековые наряды мы надеваем на фестивали, а ковбойскую одежду носим каждый день на конюшне. Можно сказать, что средневековьем мы занимаемся, а в стиле вестерн живем.

Сейчас в клубе порядка 20 человек.

Дмитрий Глинкин, старший лекарь первого класса Минского пехотного полка.

—Дим, а как случилось, что Вы стали заниматься реконструкцией?

—Наверное, к увлечению исторической реконструкцией я пришел через моделизм. Знаете, наверное: модели техники всякой из деталек клеить. Начал с танков немецких, а потом увидел фигурки солдат немецкой пехоты — в полной форме, с автоматами — и понеслось: стал коллекционировать наборы солдатиков разных эпох и войск. Серьезным таким «собирательством» занимаюсь года с 1989, лет с 20-ти. После армий Второй Мировой настал черед войск античности, средневековья и т.д. Наполеонику я, может быть, и сознательно обходил до поры до времени стороной. Дело в том, что фигурки нужно было не просто собирать — их нужно было раскрашивать, а форма того периода в этом плане сложная. Но в конце концов году к 97-му добрался я и до наполеоники. Начал покупать литературу по предмету, втянулся во все это… и остался.

Вообще изначально я хотел заниматься в наполеонике войсками Великого Княжества Литовского, однако в Беларуси на тот момент больше никто этим не интересовался. Так что мечта мечтой и оставалась. Однако всю информацию по униформе, экипировке и т.д. я собирал тщательно и методично. А в 2000 году на реконструкции битвы при Бородино узнал о существовании Минского пехотного клуба. Сначала просто к ним присматривался, поскольку русской армией заниматься не хотел, а потом на Смоленском фестивале меня проняло. Все происходило на потрясающем фоне старых стен смоленского Кремля. Шла битва. Я как раз стоял за нашим полком в качестве зрителя, с фотоаппаратом. Французские пушки дали тогда залп, поле заволокло дымом, ничего не было видно. А когда ветер отнес пелену в сторону, мы увидели впереди отряд французских солдат с ружьями наизготовку. Одновременно прогремели выстрелы, наши ребята стали падать… Зрелище было завораживающее. Тогда я и понял: не хочу просто как зритель, хочу участвовать во всем этом.

—Дим, а зачем это все? Зачем отдавать столько времени поиску информации, платить за историчные материалы, шить вручную форму, ездить за сотни километров на фестивали?

—Чтобы окунуться в атмосферу той эпохи. Почувствовать себя на месте человека того времени. Чтобы отдохнуть душой и расслабиться, отодвинуть современную жизнь со всеми ее проблемами, бытом, стрессами подальше.

—Чем занимается Минский пехотный полк? Сколько в нем участников?

—Сейчас направление реконструкции в клубе несколько сужается, и мы занимаемся в основном воссозданием униформы, амуниции, оружия и предметов быта Первой гренадерской роты Минского пехотного полка.

Думаю, по спискам в клубе состоит больше 40 человек.

Денис Тарас, руководитель военно-исторического клуба «Товарищи по оружию».

—Денис, скажите, почему Вы пришли в реконструкцию? И почему занялись именно Второй Мировой войной?

—Сам я историк по образованию. И историей, особенно военной, увлекался с детства. Наверное, во многом так получилось из-за окружения. Во-первых, дед у меня — член Союза художников, и ему по работе доводилось много общаться с ветеранами (тему войны в нашей стране любили всегда). А уж каких-то барельефов, гравюр, картин по военным мотивам в доме было всегда полно. Во-вторых, дед и сам бывший партизан. Отец мой увлекался военной маринистикой — военно-морским флотом. Родственники в Польше — историей Войска Польского. Так уж получилось… Вот и меня затянуло. Раньше интересовался только теорией — деталями компаний, операций, маршами, маневрами, вооружением, боевым расписанием. А униформистский акцент, желание заниматься сбором вещдоков, шитьем появились позже. Желание побывать в шкуре солдата той эпохи пришло, когда я стал вплотную заниматься клубом.

—А как вообще появился клуб «Товарищи по оружию»? Чем именно он занимается? Сколько в нем участников?

—Образовался клуб в 2002 году, но вначале это была компания теоретиков: собирались, чтобы за пивом обсудить увлекательные вещи, поделиться с единомышленниками мнением. А потом мы попали на фестиваль «Заславский набат». Хочу сказать, он нас очень впечатлил. Подумалось: почему ребята могут, а мы нет… И уже в 2004 году клуб получил боевое крещение на Бородинском поле под Москвой, где регулярно проводится исторический фестиваль по теме Второй Мировой войны — «Москва за нами».

Вообще, хоть клуб у нас и один, направлений в нем несколько. В среде тех, кто реконструирует Вторую Мировую, это не очень принято: обычно занимаются либо армией Советов, либо германцами. Ну а мы, так вышло, и тем, и тем. Даже командира в клубе два: один — Красной фракции, другой — Германской.

Сам я интересуюсь в первую очередь союзниками Германии — малыми странами Европы в целом: Румынией, Хорватией, Венгрией, Словакией и т.д. и итальянской армией в частности. Кроме того, пытаюсь изучать различные коллаборационистские формирования (ту же полицию), СС.

Впрочем, мне любопытны и многие другие пласты нашей истории — от Средневековья до Наполеоники.

В членах клуба сейчас числится около 50 человек.

Вообще, пожалуй, не зря историческую реконструкцию называют еще «живой историей». Ведь одно дело читать в школьном учебнике про «в таком-то году, там-то и там-то, такие-то и такие-то войска численностью такой-то…». И совсем другое дело нюхнуть пороху на поле сражения, видя, как в клубах дыма от залпов настоящих орудий бегут по осенней хляби полки. И, как считают многие, воспитывать в людях собственным примером интерес к истории, своему прошлому — вещь полезная и необходимая.

Однако есть и другая точка зрения: реконструкция должна быть исключительно для реконструкторов. А фестивали — только закрытыми. Без зрителей, без туристов, без единого предмета, напоминающего о XXI веке. Фестивали, призванные развивать внутренний мир участников, насколько можно глубже погружать их в «ту» жизнь, «тот» быт, «те» вещи, «те» дела и, как следствие, «то» мироощущение, «тот» образ мыслей. Это, говорят, незабываемое ощущение — избавляться от ценностей, навязанных цивилизацией, и видеть мир по-новому. Хотя, наверное, порой это опасно…

Закладки
Профайл...
запомнить
забыли пароль? регистрация
тесты, диагностика, психотерапия, развивающие игры, методики, для психолога, статьи, скачать, возрастная психология
skype, консультации, психологи, онлайн, советы психолога, консультации психолога
Видео по психологии
Профессия репортерВзрослые игрыBBC: Мужчина и Женщина
Школа разума - Александр РапопортНочь на пятом - Татьяна Черниговская Наука о душе - Александр Гордон
Программное обеспечение для психологов
Разработка, поисковая оптимизация, поддержка интернет сайтов
Сбор статистики, помощь в организации исследований...
Публикация материалов сайта ПСИ центр разрешается только с указанием активной ссылки - www.psy-center.com.ua
 ICQ: 620594924
 Skype: psy-center
 E-mail:
 Смотрите: другие контактные данные
Copyright © 2007-2012 PSY-center-CMS ver 2.05 Created: 0.04 sec